Милли получила место служанки в богатом доме Винчестеров. Их особняк стоял в тихой загородной местности. Для девушки эта должность была настоящим спасением. Она недавно освободилась условно-досрочно и остро нуждалась в работе. Проживание в доме работодателя решало многие проблемы.
Однако с первых дней стало ясно, что всё будет непросто. Хозяйка дома, Нина Винчестер, вела себя более чем странно. Женщина постоянно находилась в напряжённом состоянии, её настроение менялось мгновенно. Она то и дело придиралась к Милли по любым, даже самым незначительным поводам. Найти общий язык с ней не получалось. Каждое утро начиналось с её нервных замечаний. Девушка чувствовала себя натянутой струной, ожидая очередного взрыва.
Совершенно иначе вёл себя супруг Нины, Эндрю. Этот мужчина был воплощением спокойствия и обаяния. Он мастерски гасил любые назревающие ссоры, переводил разговор на нейтральные темы. Его улыбка разряжала самую тяжёлую атмосферу за обеденным столом. Эндрю часто обращал на Милли внимание, интересовался, удобно ли ей, не нужна ли помощь. Его взгляд, казалось, задерживался на ней дольше, чем того требовала обычная вежливость.
Милли ловила себя на мысли, что ждёт этих минут, когда в комнату входил хозяин дома. Его присутствие делало невыносимые часы рядом с Ниной хоть немного легче. Он мог одной фразой остановить поток её претензий. Девушка старалась быть предельно профессиональной, но чувствовала растущую симпатию к Эндрю. Это пугало и смущало одновременно.
Работа требовала полной отдачи. Особняк был большим, обязанностей хватало. Милли старалась выполнять всё безупречно, боясь дать новый повод для недовольства Нины. По ночам, в своей маленькой комнатке наверху, она размышляла о своей ситуации. Ей нельзя было терять это место. Альтернатив просто не существовало. Но ежедневное напряжение давалось с огромным трудом.
Эндрю, словно чувствуя это, иногда находил повод для короткого, ободряющего разговора. Спросит о прочитанной книге, заметит, как хорошо она отполировала старинный комод. Эти маленькие знаки внимания стали для Милли глотком свежего воздуха. Она понимала, что рискует, но не могла не ценить его доброту. Особенно на фоне постоянной враждебности его супруги.
Нина, в свою очередь, будто только сильнее раздражалась от этих проявлений вежливости мужа. Её придирки становились тоньше, язвительнее. Она могла молча наблюдать за Милли, а потом холодно указать на какую-нибудь мнимую оплошность. Девушка училась быть невидимой, но это редко срабатывало.
Жизнь в доме Винчестеров напоминала ходьбу по минному полю. Один неверный шаг — и последствия могли быть катастрофическими. Милли цеплялась за эту работу, за крышу над головой. И за те редкие, тёплые моменты, когда Эндрю своей невозмутимостью возвращал ей ощущение, что всё ещё может быть хорошо. Она не знала, к чему приведёт эта странная динамика, но отступать ей было некуда.
